|
БЕЛАРУСЬ в исторической государственной и церковной жизни
Составил и издал АРХИЕПИСКОП АФАНАСИЙ МАРТОС инок Почаевской лавры магистр православного богословия Варшавского университета бывший епископ витебский и полоцкий
КНИГА В ТРЕХ ЧАСТЯХ
Буэнос-Айрес. Аргентина
1966
Репринт
Белорусский Экзархат Русской Православной Церкви
Минск, 1990
ПРАДМОВА
З заморскага краю чулае сэрца рвецца на родныя гоні, а думка мкнецца у мінулае, шукаючы там супакою. Туга па роднай краіне мацнее на далёкай чужыне.
И вспоминаю я свои былые годы,
Как мирно здесь и счастливо я жил,
Как улыбался я всем красотам природы
И в дебрях с эхом говорил.
(Апухтин).
Польскі паэт Адам Міцкевіч моцна сумаваў па радзіме, як страціў яе, і свой жаль апісаў у наступных славах:
Litwo! Ojczyzno moja! Ту jestes jak zdrowie.
Ile cie trzeba cenic, ten tylko sie dowie,
Kto cie stracii. Dzis pieknosc twa w calej ozdobie
Widze i opisuje, bo teskne po tobie.
("Pan Tadeusz").
Адам Міцкевіч радзіўся у Наваградчыне. За старадаўным звычаем ён назваў радзімую Наваградчыну Літвою. Але Наваградчына — з давен даўна зямля беларуская. З пакон вякоў тут жылі беларусы. Літвою празвалі яе таму, што тут некалі гаспадарылі літоускія князі, якія стварылі магутную дзяржаву — Вялікае Князьства Літоўскае.
У ХУІ стагодзьдзі у Беларусь панаехалі чужынцы палякі ды сілаю забралі уладу у свае рукі. Праз трыста гадоў яны тут панавалі, але беларусаў палякамі зрабіць не маглі.
Адам Міцкевіч паходзіў з беларускага роду, але польскае узгадаваньне зрабіла яго польскім шляхэцкім паэтам. Свайго прыгнечанага і забітага беларускага народу ён не зразумеў і не адчуў яго цярпеньня.
Пры канцы XVIII стагодзьдзя Беларусь прылучылі да Расеі. За расейскіх часоў радзіўся беларускі паэт Якуб Колас. Праўдзівае яго прозьвішча было Міцкевіч, а імя Кастусь. З польскім Адамам Міцкевічам радніла яго Наваградчына і супольнае прозьвішча. У жылах іх абыдвох цякла беларуская кроў, а розныя нацыянальныя пераконаньні пачужылі іх меж сабою.
Наваградчына — мая радзіма. Завітая была маёю нянькаю, а Нясьвіж — настаўнікам. Тут прашлі мае маладыя гады. Старэнькі дзед Макаш казаў мне сказкі пра былое, а Завітанскі лес разбудзіў у маім сэрцы любоў да красы прыроды ды навучыў Богу маліцца у адзіноце. Няраз вячэрняю парою ясныя зоркі мне тайну Божую вяшчалі і жар малітвы узмацнялі. У экстазе гарачай малітвы здавалася мне, што у нябёсах я бачу Бога. У Завітой я навучыўся верыць і маліцца. Адсюль жыцьцёвы шлях павёў мяне у шырокі сьвет служыць Богу й людзям у духоўным стане.
Цяпер з далёкай чужыны думкі мае мкнуцца да роднага краю і памяць рысуе мілыя сэрцу незабытыя малюнкі радзімы. Прад вачыма ажываюць беларускія векавечныя пушчы і драмучыя лясы з багацтвам птушынага царства і розналікай зьвярыны, якія некалі вабілі польскіх каралёў і расейскіх цароў на паляваньне. Прыпамінаюцца неабсяжныя далі і старадаўныя шырокія гасьцінцы з сыпучымі пяскамі і плакучымі столетнімі бярэзінамі, пасажанымі па абапал дарогі. I хто не таптаў гэтыя гасьцінцы — дарогі на іх доўгім вяку? Былі тут татары й палякі, швэды й французы, немцы й расейцы. Кажды з іх нешта пакінуў беларусам: татары — бізун, палякі — халеру, французы — пранцы, немцы — штунду, расейцы — зьневагу маці у лаянцы.
"Беларусь, Беларусь залатая", сьвежа зьвіняць словы юнацкай песьні і чаруюча дзеюць надушу, распаляючы вагонь любві да радзімы. Але каб моцна яе любіць, трэба беларусам радзіцца і беларусам памерці, бо хто аброс чужым мясам ня умее любіць Беларусі.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Проф. Коялович начал цикл своих лекций в Варшавском университете о Беларуси следующими словами: "Я буду говорить о такой стране, в которой я родился, вырос и из которой вынес задатки настоящей моей деятельности. Все, что я знаю и думаю об этой стране, я могу назвать моим, родным, как потому, что все это коснется моей родины, так и потому, что не могло быть усвоено мною ни случайно, ни легко. Следовательно, я не могу относиться равнодушно к моему предмету" (Лекціи по исторіи Запад. Руси, Москва, 1864, стр. 4-5).
Я повторяю эти слова проф. Кояловича, как близкие по содержанию мне, ибо выражают мои чувства и мои мысли.
В исторической литературе имеется весьма мало печатных трудов о Беларуси. Этот недостаток объясняется тем, что эта страна долгое время находилась в границах Польши либо России и не была предметом специального изучения историков. О ней писали или вспоминали по изучению истории Польского или Российского государства. Но отдельного специального исторического исследования о Беларуси не было. Нашей задачей ныне является восполнить этот пробел и по мере возможностей представить ее историческую государственную и церковную жизнь на основании документальных данных в главнейших ее событиях.
Историческая жизнь ее весьма интересна и заслуживает полного внимания не одних только историков. Один из историков Беларуси писал: "Белоруссія — край могилъ, кургановъ, городищъ, городковъ, урочищъ, замковъ, замковищъ, — край, Гд-в чуть не на каждомъ шагу вы встретите следы минувшаго въ памятникахъ, сказанияхъ, пьсняхъ" (Киркоръ). Это свидетельство указывает на многочисленность древних исторических памятников, веками хранившихся в Беларуси, но учеными не исследованных в надлежащей степени и не опубликованных для общего сведения.
Моя скромная работа о Беларуси задумана была еще в Германии в 1945 году. Но тогда условия моей жизни не позволяли мне разыскать необходимую литературу. Собранные мною сведения позволили мне издать на ротаторе в 1947 году историю Белорусской Православной Церкви, созданной в годы войны 1941 -1944. Небольшая работа на эту тему была снабжена краткими историческими сведениями о Беларуси. Издана она была для белорусских эмигрантов на белорусском языке и быстро разошлась. Вторая редакция этой работы, значительно исправленная и расширенная, была подготовлена в 1963 году, но не осуществлено ее издание вследствие недостаточности денежных средств. Нынешнее ее издание коренным образом переделано и дополнено историческими данными, взятыми из указанной здесь литературы.
Я буду очень благодарен тем, кто со вниманием прочитает этот мой скромный труд о моей родине.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ГРАЖДАНСКАЯ
ГЛАВА I. НАЗВАНИЕ "БЕЛАРУСЬ"
1. Общие сведения об этой стране. Точные границы Беларуси никогда никем не были установлены. Этнографические границы ее определил ученый Е. Ф. Карский, написавший капитальный трехтомный труд под заглавием: "Бьлоруссы", изданный в 1903 году. В первом томе названного сочинения он установил, что белоруссы искони жили и на своем языке разговаривали в следующих губерниях бывшей Российской империи: Виленской, Витебской, Гродненской, Минской, Могилевской и в уездах: Городнянском, Мглинском, Новгород-Северском, Новозыбковском, Стародубском и Суражском Черниговской губернии; Дорогобужском, Ельнинском, Красненском, Поречском, Рославльском и Смоленском Смоленской губернии; Зубцовском, Осташковском и Ржевском Тверской губернии; Великолуцком, Опочском и Торопецком Псковской губернии; Августовском и Сейненском Сувалкской губернии; Жиздринском и Масальском Калужской губернии; Брянском и Трубчевском Орловской губернии; Иллукстском Курляндской губернии и Новоалександровском Ковенской губернии 1).
На основании одного немецкого атласа, изданного до войны 1939 года, площадь Беларуси определена в 318.641 кв. километр. Но этнографическая площадь поселения белорусского населения превышает указанную выше в немецком атласе. Однако, если принять во внимание уменьшенную площадь Беларуси, то все же она больше Югославии, Румынии, Италии, Чехословакии, Греции, Болгарии и многих других существующих ныне государств.
Окружающие родственные соседи всегда посягали на белорусские земли и в любое время готовы добиваться своих прав на владение ими с оружием в руках. Во избежание кровопролития спорные области требуют справедливого решения без помощи военной силы.
Население Беларуси исчисляется в миллионах. Основываясь на статистических данных до 1939 года, на землях Беларуси проживало более 14-ти миллионов человек. Но вторая мировая война эти цифры сильно изменила.
Более значительными городами являются: Минск, Вильно, Витебск, Могилев, Гомель, Бобруйск, Полоцк, Гродно и многие другие, Большое число городов Беларуси существуют с самых древнейших времен, напр., с Х-XII веков. Первоначальная столица Беларуси и Великого Княжества Литовского был Новогородок (Наваградак или Новогрудок). Новогрудком он назван поляками. Позднее в историческое время столицею этого государства было Вильно. В наше время столицею Беларуси является г. Минск.
По роду занятия большинства населения Беларусь представляется страною сельскохозяйственною. Ее население, преимущественно сельское, искони хранит свой народный быт, свои национальные традиции, вековой уклад жизни, свой язык, христианскую веру и религиозные обряды. Эти особенности определили национальный облик народа.
В вероисповедном отношении Беларусь — страна православная. Среди ее населения есть римо-католики, евреи израилиты, татары магометане, кальвинисты и сектанты разного названия. По переписи 1909 г. римо-католиков было: в Гродненской губернии 5%, в Виленской губ. 15%, в Витебской губ. 3%, в Минской губ. 4%, в Могилевской губ. 3%2). Остальные вероисповедания представляют незначительное число, кроме евреев, которых было много в Беларуси.
Почва в основном мало плодородная, требующая удобрения и большого ухода. Белорусские крестьяне всегда отличались трудолюбием, выносливостью и любовью к своим семействам. Эти качества сильно привязывали их к родным очагам и удерживали их от отъезда в другие края для поисков труда и поселения. Жили они в больших деревнях, свои дома строили из дерева почти по одному образцу, а крыши покрывали соломой. Этот строительный материал был самый дешевый. Деревенские дома располагались по обеим сторонам улицы, что придавало специфический вид белорусской деревне, которая обычно была густо заселена. Постройки стояли вплотную одна к другой, вследствие малой площади, занимаемой ими. Сельская беднота и малоземельное были причиною скученности белорусской деревни.
По природе белорусские крестьяне миролюбивы, терпеливы л благожелательны. Благодаря таким качествам, соседи жили в мире, в праздничные дни навещали друг друга, а в беде взаимно помогали. В советское время вековой быт и народный характер белоруссов сильно изменился под влиянием соответствующей пропаганды, а вместе с этим изменились психика и мировоззрение белорусского селянина. Создан новый тип человека, мало чем похожий по своему духовному облику на прежний, традиционный вековой. Белорусская деревня под советской властью изменила свое лицо до неузнаваемости.
Природные богатства Беларуси надлежащим образом не исследованы. В недавнее время в недрах земли обнаружены залежи торфа, особого рода глины для выделки извести, цемента, бетона, канализационных труб, керамики; найдены слои коалины для фаянсовых и фарфоровых изделий, залежи каменной соли, нефти, бурого и каменного угля, железной руды, горючих сланцов, руды цветных металлов, песка для выделки стекла и стеклянных изделий, а также открыты источники минеральных вод хлористо-натриевого типа. Эти природные богатства послужат на пользу развития страны.
Беларусь всегда славилась своими лесами. В древности в них водились туры, зубры, олени, лоси, козы, кабаны, козули, россомахи, рыси, волки, лисицы, соболи, куницы, выдры и другие лесные звери, а также богатство пернатых. Польские короли и российские императоры приезжали в эту страну на охоту. Впоследствии бесконтрольное уничтожение лесов и алчное истребление диких и редких зверей привело к тому, что многие породы их исчезли в белорусских лесах.
Страну орошают большие реки, из которых главными являются: Верхний Днепр с притоками: Сож, Беседь, Березина, Друт и др.; Припять с притоками: Птичь, Случь, Лань, Ясельда; Неман с притоками: Вилия, Щара, Уша; Западный Буг с Наревом, Супраслью, Бобром; Западная Двина с притоками: Межа, Улла, Диена, Полота, а также есть много больших и малых озер. В реках и озерах водилось много рыбы, но рыбный промысел не был развит,
2. Происхождение названия "Беларусь". Это название составляется из двух слов: "Белая" и "Русь". Исторически известно, что в старину существовали названия: Червонная Русь, Галичская Русь, Холмская Русь, Черная Русь, Белая Русь, Beликая Русь, Малая Русь. Какие-то причины вызвали эти разные названия Руси.
Некоторой аналогией в этом отношении служат названия морей. Хотя морская вода везде по цвету и качеству одинакова, а между тем люди называют: Белое море, Черное море, Красное море, Желтое море. Очевидно, что цвет прибрежных скал и нависших грозовых туч способствовали определению этих названий.
Мнения в вопросе о причинах возникновения разных названий Руси бывают разные, но наиболее правдоподобными являются те, которые высказывают следующие положения. "Белая Русь" получила свое название от шерстяной и холщевой самодельной ткани белого цвета, из которой жители этой страны приготовляли для себя одежды с незапамятных времен. "Черная Русь" названа от дремучих и темных лесов и пущ, покрывавших, некогда огромные пространства этой области. От города Червеня, существовавшего с X века, произошло название "Червоная Русь"3). Город Холм, основанный в XIII веке галичским князем Даниилом Романовичем на высоком холме в лесу, дал название "Холмская Русь". "Галичская Русь" названа от стольного древнего города Галича. Эта область названа австрийцами Галицией. "Малая Русь", как название, стало известно впервые в XIII веке, когда холмско-белжский князь Юрий Андреевич, владевший и Галичской Русью, именовал себя князем "Малой Руси". Отсюда это название распространилось на Волынь и Киевскую Русь. Юго-восточные области Киевской Руси уже с XII века назывались Украиной 4). Название "Великая Русь" появилось с образованием Московского государства. Таким образом, все названия Руси сложились в далекие времена и имеют за собою историческую давность.
Когда Московское государство стало называться Россией, то Беларусь назвали "Белоруссией". Но Белая Русь или Беларусь Россией или Руссией никогда не называлась в исторические времена. "Беларусь" или "Белая Русь" и "Белоруссия" или "Белая Россия" понятия разные и не применимы к одной и той же стране.
Коренные жители Белой и Черной Руси искони называют свою родину "Беларусь". Это название правильно и мы его употребляем в настоящем труде.
Иностранцы ошибочно переводят на свои языки слово "Белая" и таким образом искажают собственное имя Беларуси. Так, например, поляки пишут "Бяларусь", украинцы "Біларусь", немцы "Вайссруслянд", англичане "Уайтраша14, французы "Бляншрюсс". Однако, после второй мировой войны эта ошибка исправляется по почину Объединенных Наций — международной организации. По примеру этой организации в международной политике стали называть Беларусь "Bielorussia". Этим термином пользуются газетные репортеры и журналисты.
Некоторые белорусские националисты польско - католической ориентации пытались переименовать Беларусь в Крывию. Но это искусственное название не привилось в белорусских народных массах. Не нашло оно признания и заграницей среди политиков и ученых разных европейских стран.
Где-то во второй половине XIX в. Беларусь была названа "Северо-Западным краем". Такое название, данное российскими государственными властями, имело чисто национально-политический характер. Такого названия придерживались все российские историки, которые писали о Беларуси. После первой мировой войны оно отпало само собою и совершенно забыто, оставшись только в исторической литературе на русском языке.
Коммунистическая власть, завладевшая Беларусью в 1918 году, назвала ее "Белорусская Советская Социалистическая республика", в сокращении "БССР". Верховная власть этой республики находится в Москве. После 2-й мировой войны советская коммунистическая власть ввела в организацию Объединенных Наций специального делегата от Беларуси, который заседает там наравне с другими делегатами этой международной организации. В такой форме Беларусь выступила на арену мировой политической жизни.
3. Слово "Русь". Происхождение этого слова точно не установлено в исторической науке. Мнения ученых расходятся в этом вопросе. Одни производят его от варяжского племени, из которого вышли первые князья на Руси: Рюрик и Олег. Это мнение находит подтверждение в старинной Ипатьевской летописи XIV века, где говорится: "И изгнаша Варягы за море и не даша имъ дани и почаша сами в себъ володъти и не бъ в них правды и въста родъ на род и быша оусобицъ в нихъ и воевати сами на ся почаша и ркоша: поищемъ сами в собъ князя иже бы володълъ нами и рядилъ по ряду, по праву. Идоша за море к Варягомъ к Руси, сице бо звахуть ты Варягы Русь"5). Здесь идет речь о псковских и новгородских славянах. Другие историки доказывают славянское происхождение слова "Русь".
Откуда бы это слово ни произошло, но на заре исторической жизни русского народа оно уже было известно. В древнем документе времен кн. киевского Олега, в договоре его с греками в 911 году записано: "Аще оукрадет Русинъ что либо оу крестьянина или пакы хрестьянинъ оу Русина" 6). В договоре кн. Игоря с греками в 944 году говорится: "Аще убьет хрестеянин Русина или Русинъ хрестеянина, да убьют и"7). Под чхрестеяниномъй или "крестьяниномъ" подразумевается православный грек. Греки в то время были христианами, а русины находились еще в язычестве, В "Омиліях" 51 и 52 Константинопольского патриарха Фотия (878-886) сказано. "Росы — народ скифский и грубый1» 8). Приведенные летописные свидетельства подтверждают, что слова "Русь" и `русин" возникли очень рано в жизни славянских племен, которые прозваны Русью.
Это название появилось сперва в Киеве с приходом сюда на княжение Олега (ум. 912). Летописное сказание приписывает ему изречение о Киеве следующего содержания: "Се буди мати градом руськым». Из Ипатьевской летописи известно, что в дружине Олега служили: "Словъны, и варязи, и прочи прозвашася Русью"9) . Отсюда видно, что вся разноплеменная дружина кн. Олега называлась "Русь". Это название существовало также при его преемниках. В Лаврентьевской летописи говорится: "Иде Володимер к ляхом и зая грады их Перемышль, Червень и ины грады, иже суть и до сего дне под Русью10). Эта свидетельство указывает, что слово "Русь" распространилось из Киева на все славянские племена, которые попали под власть киевских князей.
Первоначально Киевское княжество называлось Русской землей. Так, например, великий князь Мстислав Владимирович писал о себе: "Се азъ Мстиславъ Володемерь сынъ дьржа Руську землю"11) .
Киевское влияние особенно усилилось после крещения Руси в 988 году. Проповедь христианской православной веры была занесена во все концы обширного Великого Киевского княжества. Вместе с Христианством закреплялось название "Русь" среди славянских племен, объединенных церковным и княжеским центром в Киеве.
Название "Рост" появилось среди греков. Грекам было легче произнести слово "рос", чем "рус". От этого "рос" они воспроизвели "Росія" Греческие монахи, исправлявшие церковно-богослужебные книги в Москве в первой половине XVII века, распространили это название по Руси. По примеру греков начали писать слово "Росія" киевские богословы XVII в. в церковных книгах. Они же образовали название "росіяне", по образцу греческого "рос" вместо родного "русин" или "рус", употреблявшиеся с IX века на Руси. При имп. Петре Великом "Росія" стала общеупотребительным официальным названием. С того времени это название утвердилось за Русским государством, долгое время называвшимся Московским.
В названии "Россия" принято писать сдвоенное "с". Известный русский ученый и издатель толкового словаря В. Даль писал в своем сочинении (том X) по этому поводу следующее: "Почему, землячекъ, ты пишешься Русскій, а не просто Рускій? Если тебя и смущаютъ слова: Россія, россійскій екатерининскихъ временъ, то, во-первыхъ, самое слово это высокопарное сочйненіе любителей высокого слова взамънъ Руси и рускаго; во-вторыхъ, сдвоенная буква "с" забрела въ слово Россія изъ нъмцевъ... Встарь писали "рускій" и понынъ на всъхъ славянскихъ наръчіяхь также"12) .
От слова "Россия" производные слова: "российский", "россияне", россиянин". Если Россия, то и "российский язык", "российское государство", "российский народ", а от слова "Русь" — русский язык, русский народ, русская история и т. д. Если придерживаться названия Россия, то следует производить от него все прочие названия.
4. Беларусь — название старинное. Российский академик В. И. Ламанский указывает на древность названия "Белая Русь". Он ссылается на немецкого поэта конца XIV и начала XV в. Петра Сухенвурт, который в своих поэмах упоминает о Белой Руси, называя ее "Weissen Renzzen"13).
Польский писатель XIV века Ян Чарнковски, составивший интересные записки о своем времени, рассказывает о том, что литовский князь Ягайло был заключен со своей матерью rin quodam Castro Albae Russiae Polozk dicto"14), т. е. в замок под арест в Белой Руси. Подобные же указания о названии Беларуси находились в письмах времени Витовта 1413 -1442 годов. "Во всех перечисленных местах — говорит Карский — говоится о Белой Руси, как о чем-то вполне известном, всем понятном. Отсюда естественно следует заключение, что это название было общеизвестным, живым, народным выражением издавна употребительным" 15). Академик Ламанский подтверждает, что "с вероятностью можно полагать, что оно древнее века Ольгердова и даже Гедыминова, что оно существовало уже в конце и даже в половине XIII века"16).
В начале XVII века это название было распространено в Москве. Там жителей Беларуси называли белорусцами. Патриарх московский Филарет, возвратившийся из польского плена, говорил на Московском соборе в 1620 году: "Когда я был в Польском и Литовском государстве, я видел многие церковные несогласия у самих христиан православных, которые там называются белорусцами» 17), У патриарха Никона, в его монастыре "Новый Иерусалим" недалеко от Москвы, находились мастеровые белорусы. В старинном описании жития этого святителя говорится: "Много пребываху иноземцев: греков, поляков, черкес, белорусцев, крещенных и некрещенных, немцев и жидов, в монашеском чину и в мирянах" 18).
Это название пришло в Москву из Великого Княжества Литовского. В документах XVII века часто встречается слово "белорусцы". В актах 1648 г., изданных в 1954 г. в Москве под названием "Отписки", находятся следующие фразы: "Литва и белорусцы на королевство не ходят", "белорусец Ивашко", "о пріиманье из-за рубежа белорусцев", "ныне де в Путивле белорусцы и черкасы многие люди живут"19) . Эти данные указывают, что белоруссов в XVII веке называли белорусцами.
Беларусь, как страна, имела важное значение для русских царей. Царь Алексей Михайлович, временно занявший город Вильно в войне с Литвою в 1655 г., присоединил к своему царскому титулу слово "Беларусь". Его титул звучал: "Самодержецъ Великія, Малыя и Бълыя Руси". Такой же титул имели его сыновья Иоанн и Петр Алексеевичи, восседавшие на царском престоле после своего отца. Этим титулом величались все последующие цари, императрицы и императоры России.
Православные епископы могилевские в XVIII - XIX в. в. титуловались епископами белорусскими. Во время господства церковной унии в Беларуси все полоцкие униатские епископы и униатский митрополит именовались белорусскими. В императорской России один из драгунских полков назывался белорусским. Это указывает, что название "Беларусь" существовало давно и имело важное значение в те времена.
5. Белорусский язык. Белоруссы имеют свой собственный разговорный язык. На этом языке они искони говорили в кругу своей семьи и друзей, слагали песни и былины, рассказывали сказки и легенды, писали летописи и сказания, составляли юридические акты и государственные грамоты, сочиняли стихотворения и повести. Этот язык объединял их в один народ белорусский.
В истории отмечается длинный многовековый период, когда белорусский язык был государственным в Великом Княжестве Литовском. На нем писали все акты государственного значения, административные и военные распоряжения, судебные протоколы и приговоры, дарственные грамоты, духовные завещания и торговые договоры. На нем произносили свои речи послы и сенаторы в сеймах, вели беседы и спорили между собою бояре и князья. Он был родным для них. Все слои населения, от князей до простых мещан и крестьян, говорили на своем родном белорусском языке. Великий князь литовский и весь его великокняжеский двор пользовался этим языком, как своим родным. Таково было историческое прошлое белорусского языка.
Исторических памятников того времени, писанных на белорусском языке, сохранилось много. Главнейшие из них: Статут Казимера Ягеллона" 1492 г.; "Литовский статут" 1521-1529-1564-1566 и 1588 г.г., "Трибунал вел. кн. литовского" 1581 г.; "Библия" Ф. Скарины 1517-1519 год, его же "Апостол" 1515 г., его же "Псалтирь" и "Акафисты" изд. 1551 г.; "Хроника" Быховца, изд. Нарбутом в 1846 г.; "Лътописецъ лйтовскій и рускій", изд. Даниловича 1827 года; "Лътописецъ" Феодора Евлашевского 1546 -1604 г. г.; "Устав на волоки" Сигизмунда Августа 1557 г.; "Катехизис" Симона Будного и его "Оправданіе гръшнаго человека" 1562 г.; "Евангеліе" Тяпинского 1580 г.; "Казаніе на осмы артыкул въры и о Антыхристъ" Стефана Зизания; "Апо+кризисъ альбо отповъдь на книжки о Соборъ Берестейскомъ именемъ людей старожитной религеи греческой" 1597 г. и др. Литература на эту тему указана в "Энциклопедическом Словаре" Брокхауза и Ефрона и в "Большой Энцйклопедій".
Старый белорусский язык отличается от современного белорусского разговорного языка. Старый язык находился под влиянием церковно-славянского языка. Как образец старого белорусского языка может служить следующий отрывок из "Литовского статута" 1529 г.: "Писарь земьски маеть по руску литерами и словы рускими вси листы выписы и позвы писати а не иншым языком и словы. А присягнути маеть на вряд свой пйсаній тыми словы: Ям присегаю Пану Богу в Троицы Единому на том иж справедливе водъле Бога и того права писаного и водлуг мовенья и споров сторон ничего не прикладаючы" 20). Этот образец характеризует белорусский язык XIV-XVI веков.
Когда Беларусь была присоединена к Польше после Люблинской унии 1569 г., белорусский язык стали засорять польскими и латинскими словами, особенно в писании государственных актов. Ополяченная шляхта переставала понимать свой белорусский язык в урядах и судах, потому что говорила только по-польски. Эта причина побудила литовско-белорусских послов в сейме в 1696 году внести предложение о замене белорусского языка польским в государственном употреблении в Беларуси. Предложение было принято всеми послами единодушно. Ни один голос не раздался в защиту белорусского языка. Таким образом, в XVIII веке бывший национальный и государственный язык в течение четырех столетий в Беларуси заменен польским языком. Этот язык стал господствующим во всех государственных учреждениях и в высших слоях общества Беларуси.
После раздела Польши в конце XVIII века Беларусь была присоединена к России. На место польского пришел язык российский или русский. Во всех государственных учреждениях введен был русский язык. Скоро он занял почетное место в образованном обществе населения Беларуси. Поляки и ополяченные слои населения пользовались польским языком. Два языка: польский и русский соперничали между собою в Беларуси. Белорусский язык остался достоянием только сельского-простого люда или белорусского крестьянства да еще некоторой части мещанства. Только после коммунистического переворота в России и создания Советской Социалистической Белорусской республики был допущен белорусский язык в школах и государственных учреждениях в Советской Беларуси.
ГЛАВА II.
БЕЛАРУСЬ И ЛИТВА
1. Древнее население Беларуси. Летописные свидетельства указывают, что древними обитателями на землях современной Беларуси были родственные славянские племена: кривичи, полочане, дреговичи, велеты-лютичи и киммеры. В процессе многовековой совместной жизни они ассимилировались и создали один белорусский народ.
Кривичи-полочане. Это племя, жившее в области р. Полоты и по р. Двине, очень рано образовало свое княжество со столицею в Полоцке. Первым полоцким князем был Рогволод. Дружина киевского князя Владимира напала на Полоцк, убила Рогволода и двух его сыновей, а дочь Рогнеду увезла в Киев, где князь Владимир взял ее себе в жены. После своего крещения он отпустил Рогнеду на ее родину со своим сыном Изяславом, для которых построил город Изяславль и отдал им Полоцкое княжество во владение. Рогнеда постриглась в монахини с именем Анастасии и построила в Изяславле женский монастырь. Ее потомки Рогволодовичи-Всеславичи княжили в Полоцке и Минске, но впоследствии разделились на уделы и стали родоначальниками князей Витебских, Друцких, Мстиславских, Логойских, Лукомских, Оршанских и др.
Кривичи построили город Смоленск, где вскоре образовалось Смоленское княжество. В Лаврентьевской летописи говорится: "Кривичи иже съдятъ навърхъ Волги и навърхъ Днъпра, ихже градъ есть Смоленскъ: тудъ бо съдятъ кривичи" 21).
Дреговичи. Дреговичское племя жило в бассейне р. Припяти (ныне Полесье) и занимало области до реки Буга на западе и реки Немана на севере. Столицею их княжества был город Туров на р. Припяти. В начале XII века Туровское княжество распалось на малые удельные княжества, которые известны под названием: Пинское, Клецкое, Несвижское, Берестейское, Гродненское и Свислочское. Князья некоторых из этих княжеств упоминаются в летописях в разное время. Так, например, в 1204 году был князь пинский Владимир, в 1127 году — князь клецкий Вячеслав Ярославич, в 1224 году — князь несвижский Юрий, в 1256 году — князь свислочский Изяслав. В первой половине XII века в Гродне княжил Всеволод Давыдович (ум. 1141) и его сыновья Борис и Глеб.
Исторические свидетельства указывают, что в пределах нынешней Беларуси существовали в древности следующие княжества: Борисовское, Витебское, Гродненское, Друцкое, Изяславльское, Клецкое, Логойское, Минское, Мозырское, Мстиславльское, Несвижское, Наваградское, Оршанское, Пинское, Полоцкое, Свислочское, Соломорецкое, Слуцкое и Туровское. Большинство из этих княжеств занимали малые области и не играли значительной роли в исторической жизни Беларуси.
Велеты-лютичи. В пределах нынешних Гродненщины и Виленщины обитало славянское племя велеты-лютичи. По представлению некоторых исторических данных, город Вильна была их крепостью (само это слово образовалось от Вильда — крепость) 22). Когда впервые появились германские племена на Ливонском и Куронском побережьи Балтийского моря в 1185 г., велеты уже жили в Виленской области 23).
Велеты принадлежали к Палабским (река Лаба по-немецки Эльба) славянам, продолжением которых были Привислинские (р. Висла) славяне. Первый древний писатель, упоминавший о велетах, был Птоломей. Обитая на большом отрезке побережья Балтийского моря, которое называлось Славянским, они очень рано столкнулись с германскими племенами, наступавших на них. Имя велетов звучало в течение четырех столетий (798-1157) в области на запад от реки Одры. По своим природным качествам велеты отличались мужеством и воинственностью, что было причиной их упорной сопротивляемости германизации и христианизации. Впоследствии германцы однако одолели их и уничтожили, а оставшиеся германизировались 24). Уцелели от уничтожения те племена велетов, которые жили в области рек Немана и Вилии. Здесь они смешались с полочанами и дреговичами, ставши белоруссами.
Велеты известны в истории народов под двумя названиями: велеты и лютичи. Вопрос о них исследовал чешский ученый Павел Шафарик. По его мнению, название "велеты" старше названия "лютичи". Оба эти названия образовались от старославянских слов: "велекі" (по-белорусски "вялікі") и "люты" или "лют". Слово "велекі" иноземцы исказили в "велеты", не понимая его значения 25). Название "велекі" указывает на многочисленность этого племени и на большую территорию, какую оно заселяло.
П. Шафарик в своем исследовании о славянах приводит свидетельства древних латино-германских летописцев Гермольда и Адама Бремена (ум. около 1076), которые писали о велетах, называя их сильным народом и именуя их "Wilzi" или "Lutici"26). Слово "Вільці" на польском языке означает волков. Это указывает на то, что древние ляхи или поляки называли велетов "вільці", т. е. волками. Возможно, что от поляков это слово приняли германцы. Слова "вільці" и "люты" дают точную характеристику волков, которые с древнейших времен известны своею лютостью и хищничеством. Отсюда эти два названия стали синонимами по отношению к велетам или лютичам.
Киммеры или цимбры. В старых греческих хрониках упоминается племя киммеры, по-славянски "цимбры". Это племя обитало в области Азовского моря между Азовом и р. Днепром. Оно принадлежало к семье славянских народов. Теснимые врагами, киммеры ушли дальше на запад, а часть из них отправилась в далекие "полуночные страны", по словам летописи. На северо-западе они столкнулись с племенами жмудь, чудь и гофтами (германцами), а также с велетами-лютичами, которые жили в Виленской области. По свидетельству летописи, киммеры смешались с местными племенами и потеряли свое название. Славяно-русские летописи о них не упоминают, может быть потому, что к летописному времени они уже не существовали, как отдельное племя. Некоторые исследователи (Шафарик) предполагает, что от киммеров образовались фамилии Кимбар и Кимбаровичи, а также название деревни Кимбаровка в Минской области 27). В этой области, вероятно, жили киммеры или находились их поселения.
2. Происхождение названия "Литва". Начиная с XII века, на кривичские и дреговичские земли нападали с запада грабительские банды велетов-лютичей. За их жестокость и свирепость кривичи и дреговичи прозвали их лютвой. Слово "лютва" в разговорной практике легко перешло в "литва". Чешские ученые П. Шафарик и Любор Нидерле утверждают, что слово "лютва" преобразовалось в "литва" 28). Это мнение ученых заслуживает полного внимания. Для нас оно является весьма важным свидетельством по своей обоснованности.
В пользу этого мнения говорят исторические факты успешного продвижения литовских или лютовских князей с их дружинами на восток Беларуси в половине ХИ-ХШ веков и их полная ассимиляция с покоренными ими славянскими белорусскими племенами. Литовские князья, занявши белорусские земли, смешались с белоруссами до такой степени, что усвоили их религию, обычаи и язык, который сделали своим государственным языком. Эти факты свидетельствуют, что литовские завоеватели были чистокровными славянами и принадлежали к племени велетов-лютичей. Разговорный язык их был славянский, понятный белорусским племенам или совсем мало чем отличавшийся от их языка.
Что касается нынешних литовцев, то в давние времена они назывались жмудь. В латинских документах их область поселения известна под названием "Самогитиа". Жмудь была историческим названием современных литовцев, которым летописцы ошибочно присвоили это название, смешав их с лютичами.
Прародиной предков литовцев-жмуди, по определению П. Шафарика, было Закарпатье. Оттуда они переселились на северо-запад в неизвестное ближе время и осели на севере от р. Немана. На новом месте они встретились с племенем чудь, которого не сумели изгнать, а смешались с ним29). Впоследствии большое влияние на них оказали велеты-лютичи, с которыми они жили по соседству, и тевтонские рыцари, под властью которых они находились продолжительное время. К славянам они не принадлежали. Свою народную особенность, свои обычаи, свою религию и свой язык они сохраняли. Эти их национальные качества не позволили им ассимилироваться с другими соседними племенами.
3. Беларусь названа Литвою. Об этом названии имеется много свидетельств. Вошло оно в практику еще с XV века, когда Беларусь была покорена литовскими князьями, которые создали великое государство — Великое Княжество Литовское. Известный польский ученый прошлого столетия А. Брюкнер говорит: "Всегда мы говорим "литовский", "литовец", но это только вместо "белорусский", "белорусе", потому что в 1510 году даже не снилось о собственной этнографической Литве; еще Рэй в 1562 году называл белорусса литовцем, а в Москве и в XVII веке "литовский" означал то же самое, что и "белорусский" 30).
Название Беларуси Литвою было обычным в XVII-XIX веках. Польский поэт А. Мицкевич восклицает в своей поэме "Пан Тадэуш": "Литва! Отчизна моя!". Но его отчизною была Наваградчина, где в фольварке Заосе он родился и провел свои детские годы. Наваградчина входит в состав западной части Беларуси и Литвою в нынешнем понятии никогда не была. Но в те отдаленные времена Беларусь называли Литвою по государственной терминологии, имея в виду Великое Княжество Литовское.
В Москве тоже называли тогда Беларусь Литвою. Знаменитый А. Пушкин описал в поэтической форме сцену в своем произведении "Борис Годунов" и назвал ее "Корчма на литовской границе". В действительности же действие в этой сцене происходило на границе Беларуси с Московским государством. П. Батюшков в изданной им книге под заглавием "Бълоруссы и Литва" писал, что: "Доктор Ф. Скарина, уроженец города Полоцка, усердно занимался переводом славянских книг на литовский язык"31). Известно, что Ф. Скарина переводил Священные книги (Библию) на свой родной язык белорусский, а литовского языка он вовсе не знал. Путаница с названиями "Литва" и "Беларусь" продолжалась еще долгое время. Теперь каждый знает, что эти две страны разные по национальности и по языку.
Название "Литва" сильно вкоренилось в житейской практике особенно среди поляков в западной Беларуси. Здесь некоторые города они назвали литовскими, например: Брест-Литовск, Новогрудок-Литовский, Минск-Литовский, Каменец- Литовск, Высоко-Литовск. И такие названия вошли в географические карты России, составленные до первой мировой войны 1914 года. Когда образовалось в 1919 году Польское государство, в состав которого вошла западная Беларусь, сами собою отпали названия "литовский" от городов: Бреста, Минска и Новогрудка или Наваградка, но остались: Высоко-Литовск и Каменец-Литовск.
ГЛАВА III. БЕЛАРУСЬ И ВЕЛИКОЕ КНЯЖЕСТВО ЛИТОВСКОЕ
1. Покорение Беларуси. В начале XII в. на арену исторической жизни выступила Литва, как новая государственная сила, которая сыграла весьма важную роль в судьбе белорусских племен. Дело началось с грабительских набегов, а закончилось полным покорением Литвою всей Беларуси.
От литовских набегов страдали в первую очередь Черная Русь (западная Беларусь) и Полоцкое княжество, но доставалось от них и Туровскому княжеству. Историк Соловьев указывает, что в течение первых 28 лет XII столетия отмечено в летописях восемь литовских набегов на Полоцкое княжество. До нашего времени не сохранились полоцкие или туровские летописи, из которых можно было бы узнать о тех опустошениях, какие причиняли эти набеги. Частично об этом можно узнать только из записей германских хроник и из "Слова о полку Игореве".
О первых литовских князьях сохранились лишь легендарные сказания, не имеющие исторической ценности. В них повествуется о князе Кернусе, который около 1048 года завладел частью кривских земель и основал Завилейское княжество. В летописи, изданной Даниловичем в 1848 году, упоминается под 1246 г. князь Эрдвилл, покоривший опустошенные татарами при нашествии Батыя замки Новогородок (Наваградак), Берестье, Мельник, Дрогичин, Сураж, Гродно и Брянск (западно-белорусский). Литовско -наваградский князь Мингайло завладел в 1190 году Полоцком и посадил там на княжение своего сына Гинвилла, который принял Христианство православное с именем Георгий. Князь литовский Скирмунт победил туровского князя Мстислава и утвердил свою власть в Турове, Пинске и Мозыре. В 1234 году князь Рингольт завладел Полоцким княжеством и Черною Русью. Однако, все эти сведения не могут считаться достоверными, потому что не имеют обоснования в древних летописях.
Более определенная история Литовского государства начинается с Миндовга, владетеля Керновского княжества (1240-1263). Этот князь объединил под своею властью владения своего отца и своего брата Эрдвилла (ум. 1242) и создал могущественное государство, известное в истории под названием "Великое Княжество Литовское". В Новогородке (Наваградке) он установил свою резиденцию и сделал этот город столицею княжества. Отсюда он предпринял походы на восток и закрепил за собою города Полоцк, Витебск, Оршу, Друцк и Смоленскую область.
На западе сильно беспокоили Великое Княжество Литовское германские рыцари, орден которых папа Иннокентий III учредил в 1202 году под названием "Рыцарей меча". Эти рыцари обосновались у устья р. Двины в 1200 году и оттуда нападали на земли Великого Княжества Литовского. В надежде на то, что Римский папа прикажет Ордену прекратить нападения на Литву, Миндовг крестился в римо-католическую веру. Папа был очень доволен этим и прислал Миндовгу королевскую корону, которой хелминский польско-латинский епископ короновал его в Наваградке в 1252 году. Однако, не получивши ожидаемой помощи от папы, Миндовг отказался от католичества, возвратился в язычество, а перед своею смертью, по свидетельству летописи, "пріягь въру хрйстіанскую отъ востокъ со своими многими бояры"32) . Он величал себя "Великим князем литовским, самодержцем всей земли литовской". Его сватом был галичский князь Даниил Романович, владевший в то время Берестьем и Дрогичином. В 1255 году Даниил Романович короновался в Дрогичине присланною от Римского папы короною.
После Миндовга великим князем был Войшелг Миндовгович. Недовольный своим великокняжеским положением, он отдал престол своему зятю Шварну в 1268 году, а сам удалился в монастырь, сперва в Угровский (Холмщина), а затем основал свой монастырь на р. Неман недалеко Наваградка и в нем принял монашетво с именем Лаврентий. Этот монастырь стал называться Лавришевским 33).
Могущественным великим князем литовским был Гедымин, который прославился военными подвигами. Он утвердил свою власть в княжествах Минском и Туровском и подчинил себе землю Подляшскую, в которой обитали ятвяги, грозные своими дикими набегами. В 1320 году Гедымин покорил Волынь, а в следующем году предпринял поход на Киев и занял его, поставив там своим наместником князя гольшанского Миндовга. Своими завоеваниями он сильно возвеличил свое могущество и умер в 1340 году, оставив после себя семь сыновей: Монтвида, князя керновского и слонимского; Нариманта-Глеба, князя туровского и пинского; Ольгерда, князя кревского и витебского, получившего Витебское княжество по своей жене; Кейстута, князя тройского Любарта-Владимира, князя владимиро-волынского; Кориата-Михаила, князя наваградского, и Евнутия, князя виленского. Династия Гедыминовичей заняла все княжеские престолы в Беларуси, Волыни и Киевской Руси. Даже в Пскове и Новгороде княжили представители этой династии. От них произошли многие княжеские роды, как: Голицыны, Куракины, Хованские, Трубецкие и др.
2. Расширение границ Великого Княжества Литовского. Главная заслуга создания этого государства принадлежала Миндовгу и Гедымину. Они расширили его границы и утвердили свою власть не только в Беларуси, но и на Волыни и во всей Киевской Руси. После них продолжили их дело Ольгерд, присоединивший к своему государству Подолье и обширные степные области по нижнему течению р. Днепра, и Битов г, торжественно въехавший верхом на лошади в воды Черного моря в 1415 году, символизируя этим актом установление здесь своей власти. Витовт закрепил свою власть в Смоленске, который надолго остался в границах Великого Княжества Литовского.
Благодаря завоеваниям великих князей литовских, к концу XIV века Великое Княжество Литовское простиралось на западе почти до берегов Балтийского моря, а на юге — до берегов Черного моря. Оно включало в себя Беларусь, Украину, Подолию, Волынь, Подлясье, Литву, а также части земель калужской, тульской и орловской. Российские историки называют это государство литовско - русским. Столицею его был сперва город Новогородок (Наваградак), а позднее Вильно.
Символом государственной независимости Великого Княжества Литовского был герб, представлявший форму воинского щита, на котором изображен скачущий рыцарь на белом коне, держащий в правой руке копье, а в левой руке поводья лошади. В верхней части копья развевается хоругвь с изображением православного креста греческой формы. Фон и поле герба представлены в светло-красных тонах. Этот герб украшал знамёна воинов, изображался на государственной печати великого князя и печатался на монетах. Этот герб существовал до Люблинской унии 1569 года, после которой Великое Княжество Литовское было присоединено к Польше.
3. Государственная власть в Великом Княжестве Литовском. Во главе Литовского
государства стоял великий князь, который обычно назывался "господарь". Его положение
в государстве было двоякое: иное в землях, находившихся в не
посредственном его владении, и иное в отношении удельных княжеств. В своих княжеских
землях он был неограниченный самодержавный монарх, но в правление удельных
князей не мешался. Удельные князья управляли своими княжествами самостоятельно
и самодержавно, кроме княжеств Полоцкого и Смоленского, в которых искони существовали
вече и княжеские советы, помогавшие князю в его государственных делах. Все удельные
князья Великого Княжества Литовского признавали над собою власть великого князя.
В случае войны великий князь становился во главе войска и был главнокомандующим
всех военных сил. Под его командой находились удельные князья со своими войсками.
Монарший титул Гедымина был: "Великий князь литовский и русский" — "Rex
Litvinorum ruthenorumque". Его преемники величались: "Великий князь Литвы и Руси" или "Великий
князь Литвы, Руси, Самогитии и Киева". Александр титуловался: "Божией милостью
великий князь Литовский, Руский, Жомойтьский и иных".
Великий князь считал государство своею собственностью и делил его между своими сыновьями. Гедымин и Ольгерд, покорив русские княжества, удалили из них прежних владетельных князей Рюриковичей и посадили на их места своих сыновей или ближайших родственников. Таким образом князья из династии Гедымина завладели всеми княжествами, вошедшими в состав Великого Княжества Литовского. Роды этих князей с течением времени умножались и уже к концу XV века их насчитывалось более 70. Великий князь Витовт, опасаясь ослабления государственной монолитности, упразднил власть некоторых более влиятельных удельных князей и заменил их своими наместниками, а позднее воеводами. Таким образом было упразднено княжество Смоленское в 1395 году, а вслед за ним и княжество Подольское. Полоцкое княжество обращено сперва в наместничество, а в 1500 г. переименовано в воеводство. Это княжество продержалось дольше прочих удельных княжеств Великого Княжества Литовского. С упразднением удельных княжеств Великое Княжество Литовское превратилось в монолитное государство во главе с монархом — великим князем.
ГЛАВА IV. ВЕЛИКОЕ КНЯЖЕСТВО ЛИТОВСКОЕ И ПОЛЬША
1. Династическая уния. Великое Княжество Литовское заняло передовое место в истории юго-запада Руси. В XIV веке оно было могущественнее Московского государства. Оно имело большие возможности и могло укрепить свое могущество и силу. Однако, ему не суждено было сохранить это достояние, приобретенное великими князьями Миндовгом, Гедымином и Ольгердом. По превратной воле Ягайла Ольгердовича, захватившего великокняжеский престол после своего отца коварным и насильственным образом, государство это утратило свою независимость и свое могущество.
Заняв великокняжеский престол, Ягайло задумал жениться на польской королевне Ядвиге с целью стать польским королем и соединить Великое Княжество Литовское с Польшей. По его желанию начались переговоры сватов Ягайла и польских послов. Переговоры происходили в замке в Крево возле Вильны. В результате этих переговоров был заключен договор в 1385 году, на основании которого Ягайло обязался принять римо-католичество, крестить в католическую веру своих подданных литовцев язычников и навсегда присоединить Великое Княжество Литовское к Польской короне, когда станет мужем Ядвиги и польским королем. Этот акт известен в истории под названием "Кревская династическая уния". Кревское соглашение было весьма выгодным актом для поляков и Польши, но для Великого Княжества Литовского это было предательством. Для личной выгоды и сомнительной государственной пользы Ягайло отдавал свое государство Польше.
В феврале 1386 года Ягайло принял римо-католичество с именем Владислав, повенчался с Ядвигой и 5 марта того же года был провозглашен королем польским. Все эти торжества состоялись в Кракове, куда Ягайло прибыл в сопровождении своих братьев: Скиргайла, Свидригайла и двоюродного брата Витовта. Все они там приняли римо-католичество.
После коронации Ягайло в сопровождении многих поляков и польско-латинского духовенства прибыл в январе 1387 г. в Вильно. По прибытии их сюда развернулась широкая миссионерская акция крещения литовцев язычников в католичество. Ягайло принимал в этом деятельное участие: давал распоряжения и переводил проповеди миссионеров. Литовцы упорствовали, но их склоняли угрозами и подарками, раздачей сукна для одежды. Для крещенных литовцев в виленском и трокском районах открыли храмы и снабдили их землями. В Вильне была учреждена епископская кафедра.
Ягайло пробыл в Вильне около года и возратился в Краков. Своим заместителем здесь он оставил своего брата Скиргайла. Таким положением были недовольны князья и бояры Великого Княжества Литовского. Это недовольство использовал в своих интересах князь трокский Витовт Кейстутович, отца которого Ягайло уморил в тюрьме в Креве. Заручившись поддержкой крестоносцев, Витовт поднял восстание против Скиргайла и Ягайла. Под Гродном произошло сражение войск противников. Дело закончилось миром в Белзе в 1392 году. Ягайло уступил Витовту великокняжеский престол, а Скиргайлу дал Киевское княжество, оставив за собою почетный титул верховного князя (Supremus dux) Великого Княжества Литовского.
Витовт оказался мудрым правителем государства. Он ревностно оберегал Великое Княжество Литовское от посягательства поляков и не позволял им вмешиваться в его государственные дела. Когда королева Ядвига прислала Витовту письмо в 1398 году, в котором писала, что Ягайло, ее муж, отдал ей Великое Княжество Литовское в вено, вследствие чего она имеет право на ежегодную дань от него, Витовт созвал сейм в Вильне и спросил бояр: "Считают ли они себя подданными Польской короны в такой степени, что обязаны платить дань королеве?" Все единогласно ответили: "Мы не подданные Польши и ни под каким видом; мы всегда были вольны, наши предки никогда не платили дани полякам, не будем и мы платить им, остаемся при нашей прежней вольности" 34).
Великое Княжество Литовское имело в это время общего врага с Польшею — орден немецких крестоносцев. Витовт, объединившись с польскими войсками, выступил войною против этих врагов. В 1410 году произошло большое сражение с ними под Грюнвальдом (Восточная Пруссия), во время которого литовско-польские войска разбили противника. Это сражение окончательно уничтожило силы крестоносцев, вследствие чего они перестали быть дальнейшей угрозой для Великого Княжества Литовского и Польши. После этой победы Витовт присоединил к своему государству Жмудь в 1411 году, а в 1422 году, по договору с Ягайло в Мельнике, занял Сувалки и всю эту область.
Обеспечив западные границы Великого Княжества Литовского, Витовт занялся дальнейшими завоеваниями. Он пытался покорить Псков и Новгород, но успеха не имел. На юге беспокоили его татары. Он направил туда свои силы и очистил. от них Подолие, а в 1415 году достиг берега Черного моря у лимана, где утвердил южную границу своего государства.
Под конец своей жизни Витовт задумал сделать Великое Княжество Литовское королевством, чтобы поставить его в полную независимость от поляков « Польши. Этим важным государственным актом он хотел уничтожить династическую Ягеллонскую линию, которая была большой угрозой для самостоятельности Великого Княжества Литовскою. В этом деле поддерживал его германский император Сигизмунд, большой враг Польши. С целью осуществления этой идеи Витовт созвал в 1429 году съезд соседних монархов в г. Луцке. На съезд прибыли: великий князь московский Василий — зять Витовта, германский император Сигизмунд со многими немецкими князьями, польский король Ягайло, датский король, валашский воевода, магистр прусский, литовско-русские князья, ханы татарские и многие знатные лица. На съезде монархов обсуждался вопрос о мерах борьбы с турками. Витовт решил воспользоваться этим съездом для своей коронации. Император Сигизмунд исхлопотал королевскую корону от папы, и немецкие послы должны были привести ее в Луцк Витовту. Днем коронации был назначен праздник Успения Божией Матери 15 августа, потом отложили до праздника Рождества Богородицы 8 сентября. Ягайло и поляки были против коронации. Они закрыли границы и не пропустили германских послов в Польшу, везших корону. По их интригам коронация не состоялась, и гости вынуждены были уехать в свои уделы, не дождавшись торжества коронации. Главным деятелем польской политики был краковский архиепископ Збигнев Олесницки. Оскорбленный поведением поляков, Витовт объявил, что корону возложит на себя в Вильне, куда и пригласил гостей. Олесницки пытался убедить Витовта не делать этого, но безрезультатно. Дело о коронации закончилось смертью Витовта, последовавшей неожиданно в конце сентября 1430 г. Было подозрение, что его смерть ускорили поляки.
2. Попытки разрыва династической унии. Первую такую попытку сделал Витовт, когда хотел, возложить на себя королевскую корону. Но поляки не допустили этого. После его смерти князья и вельможи Великого Княжества Литовского, съехавшись в Вильне, провозгласили великим князем Свидригайла (Льва-Болеслава) Ольгердовича в 1430 году. Свое вступление на отцовский великокняжеский престол он ознаменовал тем, что занял своими людьми все замки в Великом Княжестве Литовском и изгнал из них польских королевских служащих. Кроме того, он потребовал от Польши возвращения ему Подолия, которое поляки забрали самовольно. Поляки сильно обеспокоились такой политикой Свидригайла. Ягайло отправил к нему своего посла Володка, поручив сказать, что Свидригайло еще не действительный великий князь, потому что не утвержден на престоле поляками. Свидригайло возмутился словами Володка и ударил его по лицу, а затем приказал посадить его в крепость. Ягайло выступил войною против Свидригайла. "Хотя горьче смерти была ему эта война против родной земли и родного брата", замечает польский историк Длугош, но она началась. Война велась с большим ожесточением, и пленным пощады не было. Жители Луцка с удивительным мужеством выдержали осаду королевского войска. Ягайло поспешил заключить перемирие, назначив срок и место для переговоров о вечном мире. Польские войска отступили от Луцка. Во время польской осады Луцка православные волыняне разрушили или сожгли все католические храмы в Луцкой области. Ненависть к полякам и католическому духовенству была очень сильна.
Съезд для заключения мира был назначен в Парчеве на Подлясьи, но Свидригайло туда не явился и своих послов не прислал. Поляки, не рассчитывая справиться с ним военною силою, потому что на его стороне было православное население, решили действовать коварным образом, чтобы свергнуть его с великокняжеского престола. Они послали своих агентов в Вильно уговаривать вельмож свергнуть Свидригайла и взять в великие князья Сигизмунда Кейстутовича, князя стародубского. Агенты имели успех: при их содействии был составлен тайный заговор, с помощью которого Сигизмунд стародубский неожиданно напал на Свидригайла и изгнал его из Вильны. Свидригайло отправился в Витебск и с помощью отрядов Смоленска, Луцка и других городов Великого Княжества Литовского продолжал войну с Сигизмундом и поляками. Когда войска его потерпели поражение под Вилькомиром, он решил искать помощи у западных королей, но для этого ему нужна была поддержка Римского папы. В надежде на эту поддержку Свидригайло согласился принять католическую унию и сделать ее государственной религией в своих владениях. На свою сторону он склонил смоленского епископа Герасима, для которого и схлопотал от Константинопольского патриарха сан митрополита. Но вскоре после этого он заподозрил Герасима в тайных сношениях с врагами и в 1435 году велел сжечь его в Витебске. Жестокая расправа с митрополитом отвернула православных от Свидригайла. Они перестали помогать ему в войне, которую он проиграл.
После поражения Свидригайла король Ягайло созвал вельмож и католических прелатов в Вильне для совещания о делах Великого Княжества Литовского. Здесь было решено провозгласить великим князем Сигизмунда Кейстутовича. Заняв великокняжеский престол, Сигизмунд подчинил Великое Княжество Литовское Польше и замышлял ввести католичество во всей стране. Патриоты Великого Княжества Литовского были против политики Сигизмунда. Они составили тайный заговор против него с целью убить его. Главными деятелями в заговоре были князья братья Иван и Александр Чарторыйские, виленский воевода Довгирд и трокский воевода Лелуша. Сигизмунд был убит в 1443 году в его замке в Вильне.
После Сигизмунда великолитовцы избрали на своем съезде в Вильне на великокняжский престол 13-летнего Казимира Ягайловича, младшего брата польского короля Владислава IV, Когда молодой избранник Казимир прибыл в Вильно в сопровождении большой свиты поляков, великолитовцы угостивши их до опьянения, ввели королевича ночью в кафедральный собор, возложили на него шапку Гедымина и великокняжескую мантию, подали в руку меч и провозгласили его великим князем литовским. Сделали они это тайно от поляков потому, что те и слышать не хотели о том, чтобы Казимир был великим князем литовским. У поляков были свои расчеты: они хотели сделать Казимира королевским наместником в Великом Княжестве Литовском и таким образом подчинить это княжество Польше. Но после провозглашения его великим князем поляки были поставлены пред фактом совершившимся. Они удалились в Польшу, а Казимир остался на княжении в Вильне.
С избранием и провозглашением Казимира великим князем великолитовские патриоты надеялись иметь его суверенным государем или господарем в Великом Княжестве Литовском. В помощь ему для управления государственными делами они избрали особых министров, которые составляли "Тайную раду". Эта "рада" немедленно приступила к исполнению своих обязанностей без всякой санкции и вмешательства польского короля и поляков. В это время династическая уния прекратила свое существование, и Великое Княжество Литовское стало независимым от Польши государством.
Однако такое положение продолжалось недолго. Король Владислав IV погиб в сражении с турками под Варной, и поляки избрали в 1447 году на польский престол великого князя литовского Казимира. Это избрание опять восстановило династическую унию. Великолитовские патриоты приняли это с большим огорчением, так как оно разрушило их планы на отделение Великого Княжества Литовского от Польского королевства.
Еще последняя попытка разорвать династическою унию была сделана 80 лет позднее. Тогда польским королем и великим князем литовским был Сигизмунд I. Великокняжеская литовская рада отправила к нему посольство в 1526 году с просьбой прибыть в Вильно для решения неотложных государственных дел и отпустить своего сына Сигизмунда Августа для занятия литовского престола. При этом Великокняжеская рада просила короля приказать полякам "абы они тую корону, которая послана Великому Княжеству Литовскому (при Витовте), вернули к князю великому его милости, сыну вашея милости". Они напоминают королю, что поляки "давно замышляют присоединить княжество к короне Польской", но они не желают быть подданными короны и что "когда то князьство будет иметь корону, тогда не так легко уже будет присоединить его к короне Польской, потому что одна корона не может быть вцелена в состав другой короны" 35). Из этих слов видно, что Великокняжеская рада имела намерение провозгласить Сигизмунда Августа королем Великого Княжества Литовского и этим актом объявить свое государство королевством. По их убеждению, корона могла бы спасти Княжество это от поглощения его Польшею.
Король исполнил просьбу Великокняжеской рады, но сделал это в интересах и для пользы Польши. В 1529 году он привез 9-летнего королевича в Вильно, позволил торжественно провозгласить его великим князем, но на коронование его не согласился. Вскоре после этого он увез его в Польшу, где поляки на сейме в Пётркове избрали его на польский престол. Только на усиленные требования великолитовских послов на Берестейском сейме в 1544 году король согласился отпустить в Вильно своего сына, куда он и отправился прямо с сейма. В Вильне он воссел на великокняжеском престоле и управлял государственными делами при помощи Великокняжеской рады. Когда в феврале 1548 года король Сигизмунд I скончался/ общим государем для Польши и Великого Княжества Литовского стал Сигизмунд Август.
3. Политика поляков в отношении Великого Княжества Литовского. Уже в начале княжения Витовта у поляков зародилось опасение, что он поведет свое государство по пути, который приведет к ослаблению или полному уничтожению династической унии двух государств: Великого Княжества Литовского и Польши. Чтобы не допустить до этого, они добились на Виленском сейме в 1401 году в присутствии короля Ягайла и великого князя Витовта особого постановления, чтобы после смерти Витовта Великое Кияжество Литовское было возвращено под власть польского короля и чтобы великолитовцы не избирали себе великого князя без поляков и поляки не избирали себя короля без великолитовцев. Таким постановлением они хотели закрепить связь этих двух государств, имея в виду полное их соединение в одно государство в дальнейшем.
В своей политике по отношению к Великому Княжеству Литовскому поляки сознавали, что на пути к осуществлению их плана лежат серьезные препятствия, которые надо упразднить. Препятствиями были разности в религии, национальности, языке и во всем укладе государственной, церковной и народной жизни. Господствующей религией в Великом Княжестве Литовском была православная вера, а в Польше — римо-католическая; государственным языком в Великом Княжестве Литовском был белорусский или русский, а в Польше — польский; Великое Княжество Литовское было монархией наследственной, в то время как поляки избирали себе короля. Эти расхождения являлись большой помехой для объединения двух государств в одно.
В те времена важной государственной силой была аристократия и шляхта. В Великом Княжестве Литовском и в Польше эти слои общества играли великую роль в государстве. В своих унийных планах поляки решили обратить внимание на великолитовскую шляхту и аристократию. Первой их задачей было обратить в католичество эту шляхту и аристократию и сполонизировать ее, чтобы таким образом сделать ее послушной в проведении своих планов. На польской стороне была сила: `король и фанатически настроенное польско-латинское духовенство. Эти силы действовали дружно, используя все возможности и средства. Первым этапом задуманного плана было проведение закона о том, чтобы все высшие государственные должности в Великом Княжестве Литовском занимали только лица римо-католического вероисповедания и чтобы великолитовской шляхте принявшей католичество, предоставлены были привилегии, уравнивавшие ее с польской шляхтой. Такое узаконение было проведено в 1413 году на Городельском сейме. Польский король утвердил это узаконение вопреки протестам православных послов, присутствовавших на сейме. На этом же сейме было вынесено постановление, закрепляющее унию между Великим Княжеством Литовским и Польшей, а также введено административное деление Великого Княжества Литовского по примеру Польши на воеводства. Все эти мероприятия поляков на Городельском сейме были направлены против государственных и национальных интересов Великого Княжества Литовского, но зато служили на пользу Польши и поляков.
Поляки не ошиблись в своих планах, вводя городельские привилегии для великолитовской шляхты. В результате этого многие знатные роды княжеские и влиятельной шляхты перешли из православия в католичество в погоне за привилегиями и высшим положением в государстве, а потомки их при помощи католичества сполонизировались.
Свою унийную работу поляки проводили в Великом Княжестве Литовском разными путями. С одной стороны они католичили и полонизировали великолитовскую аристократию и шляхту, а с другой стороны сами устремлялись на земли этого княжества, получая от короля государственные должности, покупая там себе имения, женясь на православных богатых невестах, переводя их в католичество и приобретая их имения в приданое. Великолитовские православные послы жаловались королю на сейме в Бресте в 1542 году, что в "Литве и Руси уряды и тиунства розданы ляхам". Король оправдывался тем, что великолитовцы сами в этом виноваты, обещал не давать полякам урядов, но на деле все осталось по-прежнему.
Государственные деятели Великого Княжества Литовского видели наплыв поляков на их родину, но остановить это не имели силы. При составлении "Литовского статута" в 1522-1529 годах они ввели пункты, которыми запрещалось полякам, как иностранцам, приобретать земельные угодия и занимать государственные должности в Великом Княжестве Литовском. Но это запрещение королем и поляками игнорировалось. Полонизация стран княжества продолжалась.
Великолитовские патриоты относились к полякам с недоверием и энергично отражали их посягательства на суверенные права их государства. Они добивались от короля подтве